Как не стричься в Японии

Прожив в Токио несколько месяцев, я больше не был туристом. Я был опытным путешественником, эмигрантом. Я был практически местным жителем.

Давайте обратимся к фактам. Я был поблизости. Неделя в Лондоне и Париже в подростковом возрасте. Обучение за границей в Великобритании. Преподавание истории и литературы в Корее в течение семи месяцев. Несколько уроков японского языка с соответствующим словарным запасом не менее 40 слов. Я был уставшим от мира искателем приключений и опытным лингвистом - Ноамом Хомским в духе Марко Поло.

Мое приключение в Токио на этот раз было обманчиво простым: подстричься.

Вы не думаете, что это можно назвать приключением? Что ж, позвольте мне открыть вам секрет. Подойди ближе. Вот, никому не говори, но... я боюсь стрижек.

Не боится, что его порежут ножницами или отрежут ухо. Нет, просто боюсь сделать ужасную стрижку. Не знаю почему, но я не могу эффективно выражать свои мысли с парикмахерами. Я имею в виду, у меня есть докторская степень. на английском языке, я изучал семантику и коммуникацию, преподавал публичные выступления, так почему я не могу поговорить с человеком, который меня стрижет?

Перед стрижкой я обычно целый час смотрюсь в зеркало. Не каким-то странным образом. Просто для сбора информации, анализа ситуации и принятия решений. Далее я ищу слова. Это - это то, чего я хочу. Поэтому вот мне нужно сказать. Я разбираю грамматику и диаграммы предложений так, как меня учили в начальной школе. Я придумываю идеальный сценарий. Запомните это. Закрою глаза, глубоко вдохну, представлю себе достойную стрижку. Я могу это сделать! Я это заслуживаю! Я достойна любви и уважения! Я укрепляю свою самооценку воском и замшей заботливых слов. Затем я еду в парикмахерскую, спотыкаюсь о язык и с ужасом смотрю на результаты.

Вы знаете тревожные прически, которые Джонни Депп носит в каждом из своих фильмов? Я бы хотел, чтобы мои волосы выглядели так же хорошо, как у Вилли Вонки, капитана Джека Воробья или Эдварда рук-ножниц, но вместо этого я выгляжу как человек, который самостоятельно подстригся ножом для масла и секатором.

Итак, теперь вы знаете мой маленький грязный секрет. У меня неясное когнитивное расстройство, известное как «краткосрочная одноконтекстная афазия», сокращенно STSCA. С моим мозгом и языком все в порядке, пока я не сажусь в парикмахерское кресло. Это, несомненно, результат детской травмы, вызванной порезами, нанесенными мне мамой. Или как папа привел меня в парикмахерскую Bob’s и попросил сделать обычную мальчишескую стрижку.

Как вы понимаете, если обычная прическа немного пугала, то стрижка, заказанная на иностранном языке, вызывала просто ужас. Но я был готов. На этот раз все будет по-другому. Теперь я был путешественником по всему миру. Я был сильным, опытным и бесстрашным. Я переехал в Японию и пролетел через Тихий океан 13 часов без сна. Теперь ничто не могло остановить меня. Я составил план действий и был полон решимости победить: я буду говорить связно с другим человеком.

Это было сложно, но я взялся за дело, сделал карточки, выучил все необходимые японские слова:

Правда, не все слова были трудными:

Я хотел подготовиться, поэтому зашел так далеко, что выучил предложения. Полностью.

Я также освежил жаргон машинок для стрижки. Я собирался сделать короткую стрижку, при которой парикмахер вместо ножниц использует машинку для стрижки. Стрижки упорядочены по номерам: чем меньше число, тем короче волосы. Самый длинный - №9, самый короткий - №1. Я бы взял номер 9, но не слишком короткий.

Что может пойти не так? Мой план был надежен!

Третий элемент моего плана: записаться на прием, прийти пораньше, полистать журналы и найти картинку. Если ничего не помогает, укажите на журнал, а затем укажите на себя: Kore wa! Коре ва! Значение, это! Я хочу этого!

Я тренировался всю неделю. Мы с женой играли роли. Она была парикмахером. Я пришла и попросила постричься. Она поставила меня в тупик, задавая «отвлекающие» вопросы, например «Как дела?», и создавая непредвиденные «отвлечения», например, предлагая мне сесть.

Наконец я был готов. Я пришел на 30 минут раньше, сел и пролистал журналы. Некоторые были на английском языке. Кошачьи фантазии? Нет. Отчеты потребителей? Нет. Был еще один. Иллюстрированный спорт. Общехоккейный выпуск. Хоккеисты не особо известны своим чувством моды. Может быть, я просто

«-Цуги!» Далее!

Я повернулся. Парикмахер ждал. Ему было около 80 лет, в очках с толстыми стеклами, а брови нуждались в озеленении - волосы росли дико, почти закрывая поле зрения. Внезапно я уже не был так оптимистичен по поводу стрижки.

Коничива, - сказал он.

«Коничива».

Ан-до-ру? - спросил он.

«Хай, так десу». Да, я Эндрю.

"Дозо. Суватте кудасай". Пожалуйста. Сиди.

Я сидел и смотрел на черные гребни, плавающие, как золотые рыбки, в резервуарах с синим барбицидом.

Парикмахер сказал... что-то. Я спросил по-английски, говорит ли он по-английски. Он ответил по-японски что-то… Я не мог понять.

Без языка я потерялся. Испуганный, встревоженный, растерянный, паникующий, инфантильный. Я бесконтрольно потел. Что мне сказать? Я не могу вспомнить. №1? Да, вот и все.

Ичибан, дозо. №1, пожалуйста.

«Хай».

Я снял очки.

Он включил машинку для стрижки и несколько раз провел по моим волосам.

Парикмахер остановился и указал на мою голову. «Аната ва соре га сукидесука?» Вам нравится?

Я снова надел очки и посмотрел. О нет. Все волосы исчезли.

Сначала я был слишком ошеломлен, чтобы говорить, двигаться или моргать. Что только что произошло? О, верно. №9. Я должен был попросить номер 9. Не №1.

Несколько минут назад у меня была густая шевелюра темных волос, но теперь я был практически лысым. И не в лучшую сторону. Видите ли, у меня большая квадратная голова Франкенштейна. Мне нужна копна волос, чтобы прикрыть это и не выглядеть таким уродом. Тем более, что через несколько дней мне предстояло собеседование.

Я не знаю, сколько из вас страдают от STSCA. Ни Американская медицинская ассоциация, ни Американская психологическая ассоциация пока этого не признали, но наше время придет. Это серьезное, хроническое, изнурительное, тонзориально-специфическое заболевание. После инцидента в Японии мой страх стал настолько сильным, что я больше двух лет не стригся.

В конце концов я выздоровела, волосы отросли, и моя маленькая дочка перестала меня бояться. Я провел еще несколько месяцев в Токио, год на Окинаве и десять лет на Ближнем Востоке. Я видел Африку, Австралию, Латинскую Америку и посетил такие необычные места, как Оман, Тунис и Мальта. Я взобрался на Великую Китайскую стену, увидел пирамиды, провел лето в Тоскане и заблудился в лабиринтах базаров Феса.

Путешествия преподали мне много уроков. Терпение, готовность, толерантность, уважение. Всегда носите с собой носовой платок и рулон туалетной бумаги. Путешествие может быть чудесным, странным и унизительным. Часто это наполняло меня трепетом и удивлением, но иногда это было просто неловко и неловко. 

Я также стал достаточно хорошо говорить по-японски. Я научился говорить и, в некоторой степени, читать на этом языке. Моя любимая фраза - Тёдо ториму. Она означает: Просто подстричь.

На всякий случай я могу сказать это на 23 языках.